Короткая история загадочной группы, выпустившей один альбом – и навсегда вошедшей в историю британской музыки. Как There She Goes стала гимном юности, почему Ли Мэйверс до сих пор считается мифическим героем Britpop-сцены и кто стоял рядом с ним – рассказываем подробно на liverpool-trend.com.
Откуда пришла группа: ливерпульская преемственность
Ливерпуль, середина 1980-х. Город, уже подаривший миру Beatles, переживал очередную волну музыкального возрождения. На этом фоне и возникает The La’s – группа со странным названием, словно говорящим на местном сленге: «молодые парни». Но их история окажется далеко не простой.
Сначала был дуэт. Майк Бэджер, художник и музыкант, искал путь в искусстве за пределами галереи. Он основывает группу, к которой вскоре присоединяется Ли Мэйверс – парень с гитарой, обладавший идеальным слухом, перфекционизмом и талантом к написанию песен. Именно его видение станет «ядром» The La’s. В 1984 году группа обретает первую стабильную форму.
Но ливерпульское настроение – это не только битловская романтика. The La’s черпают вдохновение из мерсибита, фолка, психоделии 1960-х, а также из постпанкового звучания, которое формировало британскую сцену на рубеже десятилетий. Их сравнивают с The Byrds, The Kinks и даже с Velvet Underground – за лаконичность, образность и музыкальную честность.
Но главное – это одержимость Ли Мэйверса. Он ищет «настоящее» звучание: сырое, живое, без студийного блеска. И эта черта вскоре станет одновременно проклятием и благословением группы.
Музыка, которая появилась и исчезла
К 1990 году The La’s уже успели стать чем-то вроде мифа – группой, которая словно существует, но никто толком не знает, выйдет ли хоть один альбом. После лет поисков, бесконечных перезаписей, смены нескольких продюсеров и студий – пластинка все же появляется. Она называется просто – The La’s.
Альбом звучит… хорошо. Но не так, как хотел Ли Мэйверс. Он сразу дистанцируется от релиза, называя его «недоделанным демо», отказывается его продвигать и исчезает из публичного поля. В то же время критики называют пластинку «золотым стандартом гитарного попа», а слушатели – влюбляются. Особенно – в There She Goes.
Эта песня – без преувеличения легенда. В ней есть что-то магическое: звенящие гитары, мягкий голос, простой, но гипнотический текст. There she goes again… – и все, ты уже внутри этой истории. Песню неоднократно переписывали другие исполнители (Sixpence None the Richer, The Boo Radleys), она звучала в десятках фильмов и сериалов – от So I Married an Axe Murderer до Gilmore Girls.
Но в то же время многие замечали: студийная версия альбома потеряла ту живую энергию, которую группа демонстрировала в сессиях для BBC. Там – гитарные атаки, рваные ритмы, настоящий рок-н-ролл. В студии – сглаженный, «отполированный» продукт. И в этом главное противоречие The La’s: они были слишком живыми для студии – и слишком некоммерческими для шоу-бизнеса.
Участники The La’s band: кто стоял за звуком
Хотя The La’s всегда воспринимались как проект Ли Мэйверса, за каждым великим мифом стоят не менее важные имена. Участники группы менялись постоянно – на сцену и в студию приходили десятки музыкантов, но некоторые из них оставили особый след.
Ли Мэйверс – фронтмен, автор всех песен, вокалист, гитарист и… фанат аналогового звука. Именно он вкладывал в каждую ноту идею «обратного времени»: сделать 1990-й годом, в котором до сих пор живет дух 1966-го. Его слух и музыкальная интуиция стали проклятием для продюсеров, которые один за другим сдавались, не сумев воплотить его видение.
Джон Пауэр – басист и бэк-вокалист, который позже основал успешную группу Cast. Его вклад – не только технический, но и энергетический. Именно Пауэр помогал держать ритм, когда все остальное в группе шаталось. В 1991 году он выйдет из The La’s – и это станет началом конца активной фазы группы.
Майк Бэджер – сооснователь и первый вокалист The La’s. Его роль часто недооценивают, но именно он привел Мэйверса в проект, который тот позже превратил в свое детище. После ухода из группы Бэджер работал в сфере искусства, дизайна и основал The Onset.
Крис Шаррок – барабанщик, который играл также с The Icicle Works, Oasis и Робби Уильямсом. Его стиль – точный, ритмичный, без лишних украшений – идеально подходил к аскетичному звучанию The La’s.
И еще десятки фамилий: Пол Хеммингс, Барри Саттон, Нил Мэйверс (брат Ли), Кемми… Состав менялся настолько часто, что к моменту выхода альбома некоторые из музыкантов уже были не в группе. Эта нестабильность, с одной стороны, вредила развитию, а с другой – добавляла группе ауры загадочности: будто The La’s – это не коллектив, а музыкальное состояние сознания.
Наследие, которое живет несмотря на молчание
История The La’s кажется незавершенной – и именно поэтому так увлекательна. После выхода дебютного альбома группа еще некоторое время выступала, но постепенно исчезла с радаров. Ли Мэйверс и сегодня появляется в интервью лишь изредка, каждый раз подтверждая: второго альбома не будет, пока он не прозвучит «так, как надо».
Эта тишина только укрепила миф. Как когда-то американская группа The Shangri-Las – тоже с короткой карьерой и долгим послевкусием – The La’s стали фантомом в поп-культуре. Кажется, будто они всегда были рядом, хотя на самом деле почти ничего не успели сделать.
Но влияние – ощутимо. The La’s часто упоминают как духовных прародителей Britpop-волны. Без них не было бы Oasis, The Libertines, Arctic Monkeys. Именно их звук, объединявший 1960-е и 1990-е, научил другие группы искать честную эмоцию вместо продюсерских трюков. И каждый раз, когда в эфире звучит There She Goes, кто-то впервые открывает для себя эту группу – и погружается в мир, где музыка звучит немного иначе.
